Vimorte
"Мальчик на цепи"
Леон Астер.

Предыстория:
Полгода назад Динь (ОНА УЖЕ НЕ МАЛЕНЬКАЯ ФЕЯ, А ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РОСТА) родила сына. По некоторым причинам она отнесла сына в приют, в котором был в прошлом подобран Питер Пен. Из приюта его забрали Астеры из секретной ветви их семьи (есть еще официальная и побочная), и сделали как со всеми детьми, которых они забирали: провели эксперимент. мальчишку заставили коснуться звездного вещества из-за чего он очень резко вырос. На вид - лет на 11. (За пределами Неверленда прошло три года, когда на Неверленде всего пол года.)

Сколько себя помнил, мальчишка всегда был в клетке. Он знал простые комнады, как встать, сидеть, дай руку и терпи. Его резали, давали есть или вкалывали какие-то странные вещи и лечили блестящей пылью, которая выходила в ходе экспериментов с его кровью. Большую часть времени он был почти без сознания. Он никогда не покидал лаборотории и клетки в этой лаборатории... Пока в один день там не оказались другие люди. Они забрали мальчишку с собой и дали ему имя. Леон Астер. Сказали, что теперь они - семья и он может называть их папами и сестрой. Леон так и называл, не чувствуя при этом ничего, кроме восхищения от внешнего теплого мира, которого раньше никогда не видел. Это небо, чувствуешь тепло? Можешь посмотреть туда? Там ослепительно ярко, правда? Это Солнце! - Астеры почти год жили с ним в своем доме. Объясняли элементарные вещи, кормили, одевали, обучали. Но многое все равно так или иначе упускалось - не так много можно успеть всего за чуть меньше года. А потом в Дом пришли странные люди. Они поставили всех Астеров на колени, кроме Леона, и связали. А когда увидели Леона - одна женщина среди них среагировала очень громко, забрав его себе. Мальчишка пошел с ними добровольно, его не пришлось связывать. Но так или иначе, его привели в каюту и посадили на цепь. Им не понравилась одежда, что была на нем, и они его переодели - Иштаар - так звали эту женщину - надела на него свою ночнушку, сочтя, что так ей бует удобнее. Вскоре Леон узнал, что это люди королевства Рандун, люди Зарбофа - еще их называли так. Что Иштаар - его мама, Думузи - его папа, Зарбоф - Дедушка, Син - его бабушка, а Наннар и Нунурт - его братья. Лео просто кивнул и принял это, ведь это было интересно. Они куда-то увели его, посадили на то, что называется кораблем и сказали, что отправляются в путешествие. Лео чувствовал, что все идет так, как надо.
Опыты над мальчишкой, в итоге, шли порой жестче, чем то, что было в клетке. Леон принимал все как должное: ему режут руку - он смотрит лишь с интересом. Находясь под чем-то, пока ему разрезают грудь и живот, вынимая и показывая органы, в полусознательном состоянии он слушал, что печенка - вот она, и находится здесь. Что она вкусная. Запоминал и старался уержать перманентно уплывающее сознание. Это было неприятно, было очень больно, но все им воспринималось таким, какое оно есть, не вызывая в нем никаких чувств.

После было то, что они называли штормом. Иштаар открепила его цепь от стены, после покинув каюту. Леон оставался внутри и просто ждал.

Пришел в себя Леон только на земле. Он лежал на песке. А когда поднялся, увидел Молли Астер - свою сестру и какую-то неизвестную девочку. Молли была связана - Леон смотрел с интересом. Девушка же поползла к ней, развязывать ее. Леон поднялся на ноги и стал осматриваться. Это место ему нравится. Он чувствует, что должен был сюда попасть. Что теперь все точно идет как надо. Улыбался, и не понимал того, что он спытывает. Это было интересно. Он хотел пойти к лесу, но Молли его окликнула. Девушки окружили его, Молли особенно обеспокоенно смотрит на цепь и спрашивает, что с ним делали. Леон пожимает плечами,
- Посадили на цепь. - Отвечает он флегматично и поднимает взгляд на небо. Оно очень красивое - так его учили описывать вещи, которые ему нравятся. На которые можно смотреть и не насмотреться. Девушки в это время снимают с него цепь, потом берут за руку и уводят. Леон не отрывает взгляда от неба - такое он видит впервые. Раньше небо его так не интересовало...
Пока они шли, Леон почувствовал что-то еще. Рука выскользнула из руки сестры, и ноги сами унесли его в глушь. В самую тьму леса где не видно ни зги. Он шагал вслепую, ища дорогу медленно и аккуратно, опираясь на интуицию. Если ему казалось, что опасность рядом - он приседал и прислушивался. Чем ты ниже к земле - тем незаметнее, подсказывали ему инстинкты. И почти лежа на земле он слушал. Потом вставал и шел дальше, еще внимательнее прислушиваясь к окружающей его природе. Он блуждал так несколько часов, пока не дошел до куда-то. Там был теплый свет, как из камина дома Астеров. И там было много детей - таких же как он. Он вышел на них из лесу и держась поодаль, смотрел. Он не решался приблизиться. Он долго стоял и пытался понять - они его видят, или нет? И ему казалось, что нет. Тогда он подошел ближе, сел за деревом и слушал. Ему нравилась эта компания. И тогда он решил подойти поближе. Он подошел и сел прямо позади мальчика в зеленом плаще. Тот оборачивается, смотрит удивленно. Потом вскакивает с громким "Ой, смотрите, у него ушки!"
Дальше меня окружают, поднимают, спрашивают, кто я, как меня зовут, как я сюда попал... Вопросы сыпятся быстрее, чем я успеваю понять, что именно от меня хотят, как отвечать и, собственно, что ответить. У меня вопросов всяко больше будет, но я молчу, старательно думая, что и как ответить каждому - мне сложно подбирать слова. Было очень сложно. Откуда я? - Показываю на лес, "оттуда". "Как ты попал туда?" "Не знаю. Не помню." А что ты помнишь? "Я был на корабле." "Ты один?" "Нет." Вопросы, вопросы, вопросы. Мне казалось, что это не важно. Я хотел спросить так много всего, но мне не давали и шанса. Потом появилась интересная девушка. У нее были крылья. Красивые. И ушки острые. Она говорит, что я ей смутно знаком. Что возможно знает, кто я, но очень сомневается. И почти не сводит с меня глаз. Я не понимаю, о чем она. Улыбаюсь, и осматриваю ее в ответ. Спрашиваю, что это такое - Она говорит, что крылья. Я трогаю и улыбаюсь. Пытаюсь вспомнить то слово. Они ведь такие...
За то время, что я нахожусь у них, мне успевают объяснить, что такое звезды - точки с неба. Называют их сгустками энергии, спрашитваю, что это за энергия такаяя. Мне объясняют слово "энергия" на примере чувств - это то, что внутри, что можно только почувствовать. Потом другой кто-то рассказывает, что звезды указывают путь. Потом еще и еще ответ, и у мальчишки выстраивается логика - что звезды - это мы. Только другие мы. Потом смотрит на огонь и понимает, что в огне тоже есть эти точки. Они с треском взмывают в небо. Очень-очень быстро. Так этот огонь позволяет другим нам попадать так высоко.

Я не помню точно в какой момент, кто появился раньше - Молли или люди Рандун, но расскажу то, что было поинтереснее - это люди королевства Рандун. В лагерь приходят мальчишки и говорят, что за мной пришла моя мать. Спрашивают, хочу ли я к ней. Я неуверенно пожимаю плечами - я не знаю. Они задают вопрос за вопросом и не на все я могу ответить.
- Тебя обижают?
- Что такое обижают?
- Ну, это когда делают неприятно, больно. Например бьют, или заставляют что-то делать, чего делать ты не хочешь... - Мальчишка старательно мне силится объяснить, что значит "обижать". Выслушав его, я понял, что меня обижают. Я не понимаю значения этого слова - это просто слова и киваю, что меня обижают. Мы останавливаемся, он спрашивает как меня обижали. Я рассказываю, что меня резали и обучали.
- Обучали? Как?
А потом передумывают отдавать меня тем людям. Но мы встречаем пирата - одного из тех, кто был на корабле. Он интересный, и я подхожу к нему ближе. На меня он не обращает внимания. Я тяну руки, чтобы посмотреть то, что блестит у него на шее, но один из мальчишек хватает меня за руку и уводит за спины ребят.
- Да что ж это такое?! Ты соображаешь, что делаешь?
Я слышу от пирата, что тот хочет умереть. Но ребята не пускают больше меня к нему, загораживая его от меня своими спинами, и мне становится скучно. Смотрю на небо, размышляя о чувствах, энергии и звездах. Они такие красивые. Но встав в тупик с очередными вопросами, я ухожу, чтобы найти ответы. Мальчишки заняты другими делами, не помню точно какими. Но я иду к людям Рандуна. Мальчишки не сразу заметили то, как я ушел и рванулись следом. Схватили за руку, и оттащили назад. Дедушка и мама увидели меня и потянулись следом. Мама нагоняет нас очень быстро, хватает меня за руку и крепко держит. Пока они что-то выясняют, я спрашиваю маму о том, что такое звезды - то, что над головой. Она повторяет то, что я уже слышал - это пустые, ничего не значащие светящиеся сгустки энергии. Мне сложно понять такие сложные вещи, и я замолкаю, усердно думая. То, что я надумываю звучит грустно и безрадостно - я сразу отметаю такие мысли. Они неприятные.
В какой-то момент я вижу пирата. Того самого, который хочет умереть. подхожу к нему.
- Мистер, вы хотите умереть?
- Да.
- А почему?
- Потому что мне нет смысла жить!
В голове у меня что-то щелкает, складывая полную картинку.
- А! Вы хотите стать звездой! - Верещу я с широкой улыбкой.
На меня смотрят, потом тяжело вздыхая, говорят, что вовсе нет. Он никогда не станет звездой, став пылью. Я понимаю, что мне скучно. Что этот человек сделал мне неприятно, и я решаю называть его с этого момента "Пыль Умереть". Хочет быть пылью - пусть будет. Хочет умереть? Пусть будет Умереть.

После меня с собой забирают мама и дедушка. Я плетусь с ними, но мне скучно идти рядом. Они идут медленно, и я шагаю вперед. Принюхиваюсь к запахам, и меня чудовищно тянет здесь все осмотреть. Я чувствую, что это место то, где я должен был быть. Что-то вроде того, что я обрел то, что давно искал, только об этом не знал. Мне весело, и я не замечаю, как перехожу на бег, уносясь во тьму леса. Непроглядную тьму. и это тоже весело. Я быстро шагаю, ощупывая почву ногами. Но впервый раз споткнувшись и упав, я решаю, что передвигаться надо все-таки медленнее. Я снова в лесу. Снова среди веток, земли и запахов. Я не понимаю, что я чувствую. Рот невольно скалится, я это замечаю и решаю, что так и надо. Наверное. Оно само. Выходя на тропинку какую-то - где я чувствую, что можно идти смелее, я почти смеюсь. Я впервые испытываю такое и решаю, что это тоже звезды. Что-то сильное внутри. Светится также, как то, что на небе. Оно красивое и очень хорошее.
Блуждая так по лесу, я выхожу вскоре на знакомую дорогу. Она светлее, и там уже хоть что-то видно, потому что деревьев тут меньше. И я перехожу на бег. Я знаю теперь, где хочу быть. Я знаю, где мне хорошо и я со всех ног бегу обратно. К тем ребятам у огня. Я прибегаю, сажусь, мне улыбаются.
- Я хочу быть здесь. - Только и говорю я.

Позже в лагерь возвращаются те, кто меня уводил отсюда. Я встречаю их с улыбкой, а вместе с ними Молли. Моя сестра. Я ничего не чувствую, так что быстро теряю к ней интерес, переключаясь на огонь. Спрашиваю про искры, мне дают яблоко. Я его ем.
Потом я слышу о индейцах. Спрашиваю, кто это такие. Пен говорит, чтобы мы оставались - он слетает, посмотрит. Я иду за ним, мне интересно. Я наблюдаю за ними не долго. Мне наскучивает и я возвращаюсь к огню. Там мне рассказывают, что если к ним подойти - они убьют. Что они опасны и к ним нельзя приближаться.

Дальше происходит много всего, порядок чего я совершенно не помню. Я уставал сидеть на месте и убегал бегать. Сперва я убежал с утра - очень хотел посмотреть на русалок. Но на месте, где они должны были быть, русалок не было. И там недалеко оказались пираты. Мне стало интересно - и я побежал к ним. С ними было забавно. Они шумные, веселые. А еще у них в плену оказался один из наших. Я заглядываю, он увидел меня первым. Стал странно дергать головой в сторону, я не понимаю. Потом меня увидел Пират. Внутри что-то дернуло и я побежал прочь, смеясь. У пиратов наш! Значит, надо позвать остальных, они знают что делать! Я бегу, а внутри снова что-то светится. Очень ярко. И я понимаю, что когда происходит такое - это хорошо. Это весело. Я прибегаю в лагерь мальчишек, улыбаюсь. "Я нашел пиратов!" На меня смотрят грустно. Наверное грустно. Лица их не меняются. Потом говорю, что они держат связанным одного из наших.
- "Моего брата?" - Уточняет один. Я пожимаю плечами. Что такое брат?
Дети собираются к пиратом медленно. Питера нет, нас мало. Но потом появляется Питер. И у нас оказывается один из пиратов. Он говорит, что его хотят убить. Я радуюсь - его хотят сделать звездой. Но почему он не хочет быть звездой? Питер предлагает пойти к Пиратам с заявлением обмена. Мы приходим и приводим их доктора. У пиратов в плену уже двое - тот самый, и тот, кто спрашивал о брате.
Нам отдают их обоих, Питер же передумывает и просит освободить второго, иначе доктора им так и не отдадут. Пираты забавно закопошились, загудев. Я улыбаюсь, прохожу мимо своих ребят, мимо мистера Сми, прохожу внутрь. Все отвлечены и я беру со стола флягу. Открываю, нюхаю ее и понимаю, что пахнет то ли то, что внутри, то ли сама фляга неприятно. Переворачиваю флягу и выливаю ее содержимое в землю. На меня реагируют не сразу, а получив реакцию - я довольный убегаю. Мы забираем наших, отдаем им доктора и уходим.

После я снова натыкаюсь на Пыль Умереть. Мы с ним ходим, разговариваем. Говорим о всяком - о том, почему он не моет покончить с собой. Я искренне извинюсь за то, что у меня то и дело не получается ему помочь - то ребята у меня отнимают оружие, то я его теряю. Мне очень грустно, что он очень хочет но не может стать звездой. Мы гуляем по острову и заходим на пустую территорию, где никого нет. Осматриваемся и я догадываюсь, что это лагерь индейцев - я вижу фонарь одной из них на столе. Когда они были близко к нашему лагерю, она была там с ним. Я улыбаюсь. "Так вот где они сидят. Надо будет найти их потом еще раз."
Дальше мы с Пыль Умереть забираемся повыше и разговариваем, пока мне не становится скучно. Я спускаюсь и иду вперед уже по своим делам, встреча по дороге индейцев. Один из них не думая наставляет на меня оружие, я останавливаюсь. Девушка, что находится рядом, просит его оружие убрать и хочет поговорить со мной 1 на 1. Ее не отпускают, но ей удается уйти на несколько шагов подальше, оставаясь в поле видимости. Мы с ней разговариваем и единственное, что я выношу из разговора с ней, это то, что если я хочу остаться на острове - я могу остаться. Я запоминаю это и убегаю дальше.

Потом случается неожиданное. Очень красивое зрелище! Леон смотрит на него с восхищением. Ему нравится то, как дрожит земля, как переливается красками небо. Он не может сдержать очередной оскал радости. Вещи срывает с мест, он едва удерживается на месте, чтобы самому тоже не сорваться. Костер искрится, и из костра вылетает деревяшка, прилетая ему по лбу. Когда все заканчивается, он поднимается, и Майкл, кажется так его зовут, перевязывает ему голову. В этот момент у нас в лагере с нами находится бабушка - Син. Ей тоже досталось.
Мы решаем выйти с разрушенного лагеря, осмотреть все. Но стоит сделать шаг - ни одной знакомой тропинки. Я заинтересован и смело шагаю вперед. С прикриками "Леон, подожди!" остальные плетутся за мной, стараясь не потерять меня из виду. Мы петляем так долго. Очень долго. Всюду разрушения и ничего знакомого. Я очень этому рад. Все новое! И удивляюсь, когда в один момент мы натыкаемся на индейцев. Мы говорим с ними о чем-то, но я не слушал. Потом, пока шли, я овлекся от скуки в какой-то момент, а когда вернул свое внимание - Син уже лежала на земле. Я понял, что она стала звездой. Но не понял, каким образом. Что случилось? Мне не отвечают. Но я быстро понимаю, что так надо было сделать еще давно. Очень и очень давно. - Улыбаюсь. А они тащат того, кто убил - он сопротивляется, обратно к индейцам. Гвоорят что-то о противоядии. Или что-то вроде того. Оказывается, что он что-то принял, как они сказали, и находится не в хорошем состоянии. Я не понимаю, что просиходит, ведь он наконец стал таким, как лучше всего - честным! Я наставлял на Син как-то до этого пистолет. Он был один из тех, кто у меня его отобрал. Сказал, что нельзя этого делать. Я расстроился. Но игрушку послушно положил на место. А потом он же сам ее и убил. Я был очень рад этому. И ведь это хорошо! Но его приводят в чувтсво. Я расстраиваюсь. Ведь все же только пошло на лад.

Позднее, когда я бегу в лагерь пиратов, я булждаю так, что забегаю в лагерь Рандунцев. Брат со мной здоровается, я прохожу мимо, здороваясь и улыбаясь ему в ответ. Я уже прошелся по лагерю, осмотрелся, как мама вдруг начинает кричать "лови его!". Я снова чувствую яркую вспышку внутри чего-то непонятного. Я решаю, что это здорово, и начинаю бежать. Когда меня наконец ловят, я сдерживаю смех. Это было весело. Мена поднимают на второй этаж и сажают рядом. Иштаар со мной разговаривает. Спрашивает, почему я убежал. Я сказал, потому что мне было интересно.
- Ты хочешь назад на цепь?
- Не хочу.
- А ты не будешь больше убегать?
- Буду.
Она молчит. Я пытаюсь встать и уйти, но она ловит меня за руку и сажает на место.
- Ты куда!?
- Туда - махаю неопределенно в сторону. - Пусти меня.
- Не пущу! Сядь.
Я пытаюсь вырваться, но меня дергают вниз и я сажусь. Отвернувшись, обняв колени. Она что-то говорит, но я уже не слушаю. И точно знаю, что стоит им ослабить бдительность - я точно сбегу... Но тут звучит следующее.
- Давай тогда договоримся... - Я поворачиваюсь. - Когда придет время возвращаться, ты уйдешь со мной, а пока я спокойно отпущу тебя гулять по острову. Договорились? - Я улыбнулся, кивнув. Она протягивает руку, я смотрю на нее, потом догадываюсь. Беру за руку и немного трясу ее. Она странно улыбается. Внутри что-то снова искрится, и это чувство мне уже не нравится. Я отпускаю ее руку и уношусь прочь, думая о том, как мне теперь ее убить. Ведь я не хочу покидать остров. А ее улыбка страшная - она не позволит мне остаться. Если так складываются дела, я лучше сделаю ее звездой, чем позволю забрать меня отсюда. Ведь здесь мое место - я это чувствую. Я долго потом пытаюсь достать нож. В какой-то момент он у меня появляется. И первым я иду убить Пыль Умереть, но он говорит, что сейчас пока не время и лучше пусть я приду попозже. Я соглашаюсь. Иду на Иштаар, но по пути меня что-то сбивает с толку. Может, отвлекли. Может еще что. Там много всего было - и все словно в каше.
За это время я, с ножом в руке, умудряюсь подойти к мистеру Сми и произнести то, что чувствую. И я знаю, что это самый лучший выход - ведь они станут звездами! На этот момент я уже откуда-то знаю, что есть еще и второй вид звезд. Те, в которые верю я - это были те звезды, которыми становятся через смерть. Ею становится каждый. Путеводной звездой с неба. А второй вид звезд - это те, которые питаются смертью. О них мне рассказал человек, который забавно разговаривал. Он сказал, что нужно предложить звездам попробовать питаться не смертью, а радостью. И эта идея мне очень понравилась. Но вернемся к тому, что я сказал мистеру Сми:
- Остров вам не рад. Было бы здорово, если бы вы умерли. - Я улыбаюсь, ведь это действительно хорошо - стать звездой! Ведь если тебе нигде нет места, то там есть место для всех. Почему на меня смотрят так странно, будто я говорю что-то плохое? Я расстраиваюсь.

Я с другимим детьми идем от индейцев, как за нашими спинами появляется монстр. Он идет медленно на нас, мы все достает оружие. Они - ножи и пистолеты, я же в руках сжимаю огромную кость, которую Венди достала из какой-то пещеры с монстрами. Потому что оружия мне не давали.
Вдруг, этот монстр бежит на нас и мы несемся со всех ног к пиратам. У тех тоже все не скучно - от чего у меня внутри все снова искрится от радости. Два монстра, пираты рвутся в бой, мальчишки дергаются, и рядом Иштаар, которая держит меня рядом и говорит, чтобы я не смел умирать. Я киваю. И слышу голос из пещеры.
- Ай, помогите! Помогите! - Глухие удары и страшное рычание. Другие мальчишки, что не заняты битвой, подходят к пещере и пытаются поговорить.
- Кто ты?
В ответ прилетает словно эхом. - Кто?
Мы замолкаем. Рычание, глухие удары и крики повторяются. Я не могу устоять, но Иштаар крепко держит. Когда же внутрь ныряет один из мальчишек, я рвусь следом. Иштаар меня не удерживает и тянется за мной. Нас заглатывает втроем. И внутри творится странное. На нас идет крокодил, мне любопытно и весело. Иштаар хватает меня за руку и утягивает прочь. - Беги! - Попутно она же спасает от крокодила мальчишку, что вместе с нами. Я улыбаюсь. Потом монстр наносит удар по ногам, сбивая нас с ног. Это неприятно, но нормально. Вскоре мы снова на ногах и стараемся больше не получать никаких ранений. Им удается убить этого монстра и забрать немного еды. Вся еда перекидывается ко мне в руки. И вот, мы у выхода, и надо рассказать секрет. Он рассказывает один, она рассказывает один. А я стою в оцепенении...
- У меня нет секретов.
- Леон, хотя бы один должен же быть!
Я пытаюсь вспомнить, пока на нас идут монстры. Они почти нас окружили, когда вдруг я нахожу что крикнуть, от чего те, кто столпился у входа в пещеру, на мгновение потеряют дар речи:
- Я сын Динь!
Об этом никто не знал, так что я решаю, что это был секрет. Выйдя из пещеры Иштаар лечит мне ноги. Убедившись, что монстров больше не осталось, она отпускает меня бегать дальше.

Я бегаю то там, то сям. Говорю то с теми, то с теми, то о том, то об этом... Появляюсь и исчезаю, теряюсь и нахожусь. Пока вдруг не нахожу раненых пиратов, мертвых мальчишек, людей Рандун и Динь. Внутри что-то словно взрывается. Я не понимаю, что это, но похоже на пустую дыру, в которую сыпятся звезды. Я не понимаю, что это. Но знаю точно - я рад, что они звезды. Но я бы хотел, что бы звездами они стали не сейчас. Теперь мне будет гораздо скучнее.
И Динь после тоже вступает в битву. Она бьется, но в итоге, и она валится на землю, как пираты. Я бросаюсь к ней - вдруг я смогу что сделать? Почему и она тоже? Пока есть она, мне больше радостно. Если я потеряю и ее, мне будет очень грустно, ведь без них всех мне будет скучно. Очень скучно.
Потому я говорю, что скоро вернусь, и уношусь в сторону индейцев. Сейчас они точно могут знать, что происходит. Как помочь Динь. Индейтцы торопятся, я бегу впереди. Навстречу мне идет Динь, и я влетаю к ней в объятия. Говорит, что использовала пыльцу. Я радуюсь, внутри здорово искрится. Индейцы бегут дальше. Мы медленно идем следом, и дойдя до обратного места мы видим, как все индейцы лежат. Динь становится хуже - я волнуюсь за нее. Она хватает меня и мы улетаем. Я улыбаюсь, потому что до этого никогда-никогда не летал, и это очень и очень здорово.

А еще, до этого, Динь как-то подошла ко мне и за что-то просила прощения. Я не понял о чем она, но с улыбкой сказал, что ничего страшного. Она спросила, знаю ли я, кто мой отец. Я с улыбкой киваю. Она удивлена.
- Кто?
- Астеры и Зарбовцы. - Загибаю пальцы. - Четыре папы! - Улыбаюсь довольно, и вижу как Динь меняется в лице. Мне кажется, что это плохо, но я не понимаю.
- А мама у тебя кто?
- Ты и Иштаар.
Динь вздыхает. И говорит, что мои мама и папа - это она и Крюк. Я киваю, мол, запомнил, она смиряется. Внутри что-то смешно искрится от того, что пап снова у меня стало больше. Интересно, почему это им так важно. Какое это имеет значение? Я не понимаю.

После того, как мы увидели мертвых индейцев, с Динь мы решили полететь к вулкану, поговорить со звездами. Может мы можем хоть что-то сделать. Может, хотя бы, узнать. Или как тот человек предлагал - я очень хочу поговорить с ними! Предложить им попробовать еще и радостью питаться. Ведь это весело!
Мы идем на Вулкан, и смотрим сверху: Внутри вулкана уже находятся люди Зарбофа. Они что-то делают, и в какой-то момент Звездное Вещество уходит вниз. Немного ушло... А потом все пошло обратно, накрыв их собой с головой! Мы с Динь тут же отлетаем от вулкана, чувствуя, как звезды злы. Земля трясется и нам не по себе - они точно не скоро нас пустят к себе снова.
В какой-то момент гуляя по дорогам я встречаю людей Зарбофа. Они прикладывают ко мне звезду, и ждут чего-то. Но поняв, что ничего не происходит, они протягивают ее мне со словами: "Ешь."
Не долго думая, я заглатываю звезду и быстро иду дальше. Но вот... Стоило свернуть за угол, выйти к вулкану со звездами, как меня всего словно разорвало на части многими-многими звездами. Это очень странное чувство - словно я часть острова! Я слышу звезды, я чувствую их. И я чувствую, как они уже сыты и скоро все закончится. Я радуюсь этому, потому что звездам становится лучше. И я понимаю, что теперь связан со всеми известными мне звездами:
Теми, которые питаются смертью. И теми, которыми становятся через смерть.
Мысль поговорить в будущем со звездами о том, что бы попробовать что-то кроме смерти вылетает из моей головы. Я слушаю голос звезд, которых чувствую. Я чувствую, что они не хотят и я решаю, что так и должно быть. Что так правильно. И я лишь крепче устаканиваюсь в понимании того, что я нашел свой ориентир. Для меня небесные звезды ничего не значат. Ими классно быть, но они не для меня. Мне они ничего не скажут. Зато с этими меня точно ждет много интересного!

- Леон, а давай поженимся? - Спрашивает Венди.
- А давай! Только, что такое поженимся? - Улыбается в ответ Леон, внимательно смотря на девочку.
- Ну... Это когда я в белом платье, большой торт и все веселятся... - Смущенно объясняет Венди.
Леон не понимает, и представив эту картину, отмахивается, - Не, это скучно! Не хочу жениться.
Венди дуется, Леон с интересом наблюдает ее реакцию, не понимая, что она делает.

Проходит немного времени, и к нам приходит Шаман индейцев. Говорит, что мы можем стать у них гостями, т.к. и нас и их осталось мало. Нас всего трое в лагере детей. И мы даем согласие. Я даю его, потому что давно хотел посидеть с индейцами. Посмотреть, что они такое. Среди них оказывается Летняя Ночь. Она улыбается мне. И довольно много зовет меня, отговаривает и поучает. Она показала мне, что такое боль, и объяснила, что боль бывает и не такой. Что боль - как звезды. Она внутри и ее нельзя вылечить, положив повязку. Я не понимаю, зачем она мне это говорит, но запоминаю это. Это интеерсно. Это обучение пришлось после того, как я вернулся в лагерь.
А ушел я из лагеря, пойдя следом за Тодом. Я иду за ним, прошу вернуться.
- Не хочу.
- Почему?
- Да как ты не понимаешь!?
Я молчу.
- Леон, иди назад, пожалуйста!
- А ты вернешься?
- Не знаю!
- Тогда не пойду.
Он почти воет.
- Не хочешь по хорошему, я тогда тебя заставлю! - Он достает ножи. Я реагирую моментально, доставая пистолет и дергая за какую-то штуку, чтобы она стреляла.
Он меняется в лице, сует ножи назад и достает свой пистолет. Понимая, что тот не стреляет, он то ли чихает, то ли фыркает - я не понял, но убирает пистолет назад, снова берясь за ножи.
- Леон, пожалйуста, уйди!
- А ты вернешься? - Я не свожу с него пистолет.
Он хватает меня за руку, дергая на себя. Я едва умудряюсь устоять на ногах, как после теряю сознание от того, как получил от Тода. Прихожу я в себя, когда рядом уже находится кто-то из индейев. Он спрашивает меня, что случилось, я говорю, что получил от Тода. Где он? Ушел. Надеюсь, еще вернется...
Мне грустно. Я грустно возвращаюсь в лагерь, держась за порезанную руку. Рядом кто-то из индейцев, я прошу ее перевязать мне руку. Она берет мой пояс и повязывает его на рану.

Когда все уже снова в лагере, и индейцы нас покормили - рядом с ними я чувствую, словно что-то идет не так. Не так весело. Того нельзя, этого нельзя. Это положи, а вот здесь убери... А вот здесь не лезь, сюда не встревай, тут помолчи и так далее. Мне это не нравится. Это неприятно. Но пока что я слушаюсь. Не очень, но хотя бы делаю вид. Я как-то принес в лагерь весть о том, что творится у пиратов - как-то занесло меня к ним снова. И мы с мальчишками решили им помочь убить половину команды, чтобы они уплыли как можно скорее. Я наконец то рад, что они согласны со мной - ведь так долго все мои "а давайте их убьем" воспринимались как "нет, это плохо". Делать людей звездами, хотеть стать звездой - это же хорошо! И я очень рад, что они теперь тоже это понимают и разделяют. Мы приходим к индейцам, говорим им об этом. Но с нами они не согласны. Они хотят взять пиратов к себе. И мы собираемся идти к ним... Под предлогом вернуть котелки. Венди дает мне яблоко и мы идем. Я несу один из котелков. Когда мы приходим, я яблоко уже доел. Смотрю на половину тех, кто стал звездами, смотрю на половину тех, кто выжил. И радуюсь за обе стороны в целом.
- Пираты! У меня для вас предложение обмена! Вы выбросите мое яблоко, а я отдам вам ваши котелки! - Я улыбаюсь, протягивая им огрызок яблока. На меня смотрят странно, я не понимаю, что в этом такого. Почему они не радуются? Половина из них же стала звездами! И в чем это у них лица? Мокрые, неприятные. Поздже я обязательно узнаю, что у них с лицами. У меня забирают котелок, забирают огрызок...
И потом я вижу Пыль Умереть. Я восхищенно улыбаюсь, он передумал быть звездой?
- Пыль Умереть! Вы все еще живы!? - Смеюсь я.
- Я сам удивлен! - Разводит пират руками.

Мистер Сми, после слов шамана, снов поливает свое лицо из глаз и говорит интересную вещь: "Как же вы опоздали..."
Я смотрю странно. Это он так радуется, или грустит? Что это значит?
Мы забираем в индейцы двоих из пиратов и уходим обратно в лагерь. Едим, разговариваем. Проводим обряд для тех двоих, греемся у костра.